Ядерная Браславщина. Специальный репортаж из заброшенной ракетной части

Актуальное В свободное время Калейдоскоп
«Нажав кнопку первым, умрешь вторым» — это выражение неизвестного автора как нельзя лучше отражает суть ядерного конфликта. Что на этом фоне общего у Браславщины и Карибского кризиса, как наш регион оказался на острие холодной войны и почему местные координаты с большой долей вероятности были точкой целеуказания для атомных боеголовок НАТО? Ответы на эти и многие другие вопросы — в нашем материале.

НЕМНОГО ИСТОРИИ

Еще на начальных этапах гонки вооружений сверхдержав, продиктованной требованиями холодной войны, конструкторскому отделу завода № 586 (г. Днепропетровск) была поручена разработка проекта ракеты средней дальности Р-12. Изделие задумывалось как средство доставки термоядерной боевой части на расстояния в несколько тысяч километров и предназначалась для поражения площадных целей.

Дивизион Р-12 на полигоне.

В 1957 году были успешно проведены огневые испытания ракеты Р-12, а уже в октябре 1958-го началось ее серийное производство. Комплекс приняли на вооружение, показали на параде в Москве, после чего началось массовое строительство военных городков и стартовых позиций. Главным плацдармом для размещения нового оружия ввиду его предназначения стали западные регионы СССР.


Баллистическая ракета средней дальности Р-12 (8К63). По классификации НАТО SS-4 Sandal («Сандаловое дерево»).

Комплекс Р-12 принят на вооружение с 4 марта 1958 года. Ракета была жидкотопливной, одноступенчатой, с топливными баками несущей конструкции. Автономная инерциальная система управления обеспечивала управление полетом и выведение головной части в район цели.

Став важнейшим элементом оборонной доктрины Советского Союза, ракета Р-12 несла моноблочную головную часть с термоядерным зарядом мощностью до 2 Мт. Предельные отклонения по дальности в пределах 1 100 м, по направлению — около 600 м при стрельбе на максимальную дальность в 2 000 км.


В июне 1960 года в Поставах был сформирован 346 ракетный полк, входивший в состав 32-й ракетной дивизии РВСН СССР (одной из четырех, дислоцированных в Беларуси), а в августе 1961-го на полигоне «Капустин Яр» полк уже произвел свой первый пуск ракеты Р-12 с оценкой «хорошо». В состав воинского формирования вошли несколько дивизионов, в том числе второй, дислоцированный на самом юге современного Браславского района.

Дивизион заступил на боевое дежурство 1 января 1962 года четырьмя стартовыми батареями. Ракеты наземного базирования могли доставить ядерную боеголовку массой в полторы тонны и мощностью до 2 мегатонн практически в любую точку Европы. Одна такая могла уничтожить, скажем, Лондон.

Кстати, точно такие же ракеты в ходе секретной военной операции «Анадырь» в 1962 году были доставлены на Кубу, что спровоцировало острый международный конфликт, известный как Карибский кризис, и поставило мир на порог открытого ядерного противостояния.

БОЕВЫЕ БУДНИ

Тем временем в козянских лесах советские ракетчики исправно несли боевую вахту на протяжении нескольких десятилетий. Однако мощное оружие оставалось наземным, тогда как часть в Поставах уже комплектовалась ракетами шахтного базирования. Какой вариант уязвимее, понятно, что называется, без слов, поэтому второй дивизион 346-го ракетного полка, по-видимому, играл роль резервного. Тем не менее и здесь всё было очень серьезно. Территория ограждалась несколькими рядами колючей проволоки под напряжением, охрану обеспечивал специально обученный караул, а патрули усиливались системой окопов и даже ДОТов. По воспоминаниям офицеров, для предотвращения несанкционированного доступа на территорию использовались «биологические, радиолучевые, противоперелетные и противоподкопные системы защиты».

В любой момент с территории современного Браславского района в сторону противника могли быть запущены 4 ядерных заряда, вторым, третьим и четвертым залпами — еще 12. По крайней мере такой вывод несложно сделать, исходя из состава дивизиона, в который входили 4 стартовые площадки. К каждой из них приписывалось по четыре ракеты, укрытых в мощных полуподземных ангарах — «двойках».

Боевые части (или спецбоеприпасы, как их называли сами военные) хранились отдельно, в наиболее защищенном бункере. К этому сооружению предъявлялись самые жесткие требования: защита от поражающих факторов ядерного оружия и любых атмосферных воздействий, тончайший температурно-влажностный режим и исключительная чистота.

Боевые части ракет хранились отдельно и доставлялись к стартовым площадкам непосредственно перед пуском.

Интересно, что хранилище боеголовок, находясь внутри территории дивизиона, имело собственный контур охраны.

По тревоге ракеты выкатывались из укрытий, доставлялись к пусковому столу, после присоединения боевой части и установки заправлялись топливом и ждали команды на запуск.

Присоединение боевой части.
Заправка топливом.

Последний осуществлялся синхронным нажатием двух кнопок, делали это два офицера. При разнице больше секунды — отбой и все процедуры заново. Между тем общее время предстартовой подготовки достигало 3 часов.

Для обслуживания всего этого хозяйства был необходим солидный автопарк: тягачи и установщики ракет, заправщики, краны, специальный транспорт для перевозки боеголовок и т. д. Именно этим продиктована необходимость иметь сеть качественных проездов, площадок и гаражей.

Тягач-установщик ракет.

Справлялась с этим не одна сотня военнослужащих. Судя по сохранившимся казармам, в военной части несли службу не менее четырех рот солдат, плюс офицерский корпус, то есть всего около 500 человек.

Размещались они в казарменно-хозяйственной зоне, расположенной не далее чем в 600 метрах от ближайшей стартовой площадки.

Дважды в год имитировался полный запуск с установкой и заправкой носителя. Пусковую установку обслуживали одновременно 65 человек и десятки единиц техники, при этом действовали все четко, как единый механизм.

Реальные пуски осуществлялись лишь на полигонах, где у солдат был особый ритуал: после запуска ракеты они бросались к стартовому столу, мазали большой палец сажей и ставили импровизированную «печать» себе в военные билеты.

ГОНКА РАЗОРУЖЕНИЙ

Черный день для подобных частей наступил 8 декабря 1987 года, когда Горбачев и Рейган подписали договор о ликвидации ракет средней и малой дальности. Согласно документу, последние подлежали уничтожению, что и было сделано до 1990 года. Топливо утилизировалось, а сами ракеты распиливали на базе под Барановичами.

Говорят, из металла их корпусов делали отличные гаражи… С боевого дежурства 346-й полк сняли в 1993-м и передислоцировали его в Канск (Красноярский край Российской Федерации).

ДЕНЬ СЕГОДНЯШНИЙ

Теперь на месте второго дивизиона, некогда бывшего символом боевой мощи сверхдержавы, царит разруха.

Бывший КПП.

Медсанчасть.

Столовая.

В этой емкости квасилась капуста для бигуса.

Всё, что осталось от гаражей.
В казармах никто не живет уже более 25 лет.

Здесь размещался отдельный взвод химзащиты.

Самое свежее свидетельство организованного присутствия и порядка здесь — газета «Известия», датированная апрелем 1993 года.

Получается, люди ушли отсюда 25 лет назад. Но на их место пришли другие — охотники за цветными металлами и стройматериалами, благо и того, и другого было в достатке. Как результат, в зданиях и сооружениях не осталось ничего мало-мальски ценного, территория изрыта в поисках кабелей, а иные строения стоят в полуразобранном виде.

В то же время сооружения, проектировавшиеся с учетом возможного ядерного удара, с честью выдержали и натиск времени, и падких на легкую наживу людей.

Ангар-двойка.

Здесь хранились термоядерные боеголовки.
Массивные металлические двери срезаны на металлолом.

Практически всё, что относилось к боевой части формирования, сохранилось в завидном состоянии. Отличные бетонные дороги лишь позеленели ото мха, командные и служебные бункеры сухие и без явных признаков разрушения, а укрытия для ракет и спецтехники и вовсе поражают: ни сырости, ни плесени, даже побелка и надписи на своих местах. А ведь сооружалось всё это ни много ни мало 60 лет назад! Не хватает на тех объектах лишь металлических деталей, включая массивные ворота ангаров. Они могли выдержать ударную волну, но бесславно закончили свое существование в пунктах приема металлолома…

Просматриваются и так называемые стартовые столы — железобетонные сооружения посреди обширных, мощенных плитами площадок: именно с них должны были запускать ракеты.

С таких стартовых столов запускались ракеты. К ним вели хорошо сохранившиеся бетонные проезды.

Всё отменно замаскировано: разглядеть здесь что-либо с воздуха или спутника сложно. К тому же спустя десятилетия природа берет свое: при наличии листвы, даже будучи совсем рядом, не поймешь, что таит в себе эта зеленка.

В казарменной зоне в/ч 26019 (сохранилась чуть ли не единственная табличка) всё было стандартно: КПП, казармы, столовая, спортзал, клуб-библиотека, медсанчасть, гаражи, красный уголок, котельная.

Спортзал.

Остатки клуба-библиотеки.

Была даже собственная дизельэлектростанция и солидное бомбоубежище.

Помещение для дизель-генераторов.

Бомбоубежище для личного состава.

Причем если первая по понятным причинам изрядно потрепана мародерами, то второе сохранилось изумительно: запас прочности, знаете ли… Эти подземные катакомбы, предназначавшиеся для укрытия личного состава в случае наихудшего варианта развития событий, сегодня, пожалуй, самое мрачное место той локации.

Словом, скрытая от людских глаз бывшая ракетная часть до сих пор внушает уважение и даже некий страх. Некогда сверхсекретный объект сегодня открыт всем ветрам и пришел в негодность, причем не без помощи людей. Созданный разрушать, он по воле судьбы выполняет ровно противоположную функцию, став донором стройматериалов. Аналогичные объекты, кстати, в Беларуси сейчас активно используются: предприимчивые граждане организуют на их территориях СТО, производство мебели, страйкбольные клубы, выращивают вешенки и хранят овощи. У нас сооружения бывшего ракетного дивизиона некоторое время использовали колхозы под боксы для техники и овощехранилища. Сейчас инфраструктура списана.

Видимо, позывной «Дверь», а именно таковой был присвоен 346 полку в системе РВСН Советского Союза, уже никогда не прозвучит в эфире. И это только к лучшему, ведь не нужно объяснять, что случилось бы, выполни личный состав второго ракетного дивизиона свою боевую задачу. ■

Вячеслав КОЛОДЫНСКИЙ.

Фото автора и из открытых источников.